Он воспитывался в семье швейцарского автомобильного инженера Жозефа Равеля и Мари Делюар, происходившей из простой баскской семьи. В 1882 году начал заниматься фортепиано у Анри Гиз, с 1887 года занимался гармонией у Шарля Рене. В 1889 году Равель поступил в Парижскую консерваторию, которую окончил по классу фортепиано. Молодому музыканту очень много помогал его учитель Шарль де Берио, известный пианист того времени. Однако интерес к импровизации, созданию композиции появился у Равеля после знакомства с творчеством «подпольного» родоначальника музыкального импрессионизма и просто экстравагантного композитора Эрика Сати, а также личной встречи с другим композитором и пианистом – Рикардо Виньесом.

На последнем году обучения он попал в класс к крупному французскому композитору Габриелю Форе. По его инициативе Равель сочинил цикл произведений на испанские мелодии – «Хабанеру», «Павана на смерть инфанты», «Старинный менуэт». После окончания консерватории в 1900-1914 годах он пишет множество сочинений.

Как и у большинства новаторов, творчество Мориса Равеля некоторое время не было признано в профессиональных академических кругах. Так, Морис Равель целых три раза подряд участвовал в конкурсе на получение Римской премии: в 1901, 1902 и 1903 году. Первый раз он проиграл состязание Андре Капле (получив так называемую «Малую римскую премию»), второй раз – ученику профессора Шарля Леневе Эме Кунцу, и наконец, в третий раз его обошёл Рауль Лапарра, также ученик Леневе. Наконец, в 1905 году Морис Равель, уже широко исполняемый и известный в Париже музыкант-новатор в последний раз просит допустить его к участию в конкурсе, в результате чего разразилось так называемое «скандальное дело Равеля», немало укрепившее славу молодого музыканта и одновременно покрывшее исторической позолотой французских академиков от музыки… В ответ на свою заявку Морис Равель получает уклончивый официальный отказ в допущении к конкурсу с формальной ссылкой на возрастные ограничения (которые к тому моменту ещё не наступили). Таким образом, Морис Равель не смог поставить свой возрастной рекорд получения Римской Премии. Скандал приобрел особенно острый, «антикоррупционный» характер, когда кроме всего прочего выяснилось, что абсолютно все кандидаты на Большую Римскую премию, допущенные к конкурсу 1905 года — являлись учениками одного и того же профессора – Шарля Леневе.

Весной 1905 года, после «скандального дела Равеля», в жизни композитора прошла строгая черта. Равель окончательно порвал с консерваторией и академическими кругами. Не допущенный к конкурсу, он, тем не менее, вышел победителем в глазах всего музыкального и интеллектуального общества. К нему приковано всеобщее внимание, его известность возрастает буквально с каждым днём, его сочинения издаются нарасхват, исполняются в концертах, о нём говорят и спорят. Впервые Равель становится вторым лидером музыкального импрессионизма и выходит на одну высоту с Клодом Дебюсси, композитором, которого он прежде всегда уважал. Морис Равель знакомится со знаменитым русским антрепренёром и организатором Русских сезонов Сергеем Дягилевым. Специально по его заказу сочиняет музыку для балета Михаила Фокина «Дафнис и Хлоя» (1912 год), заглавную роль исполнил великий русский танцовщик Вацлав Нижинский. Позже музыка композитора была использована в первом испанском балете труппы Русский балет Дягилева – «Менины» Леонида Мясина (1916 год). Затем будет поставлен ещё один балет, «Вальс». Сочинение после премьеры стало использоваться как отдельное произведение.

В первый же месяц войны с Германией Морис Равель попал в число мобилизуемых в действующую армию. Однако, несмотря на хорошее состояние здоровья, медицинская комиссия не приняла его ни в один род войск. Причиной тому был слишком маленький рост Равеля, не подходивший ни под один из армейских стандартов, и, как следствие, явно недостаточный для солдата вес тела. В течение трёх месяцев Равель, используя все свои связи, упорно добивался, чтобы его всё же приняли в действующую армию. В конце концов, в октябре 1914 года он добился своего и был принят добровольцем в автомобильный дивизион, где и прослужил шофером чуть более трёх лет, сначала при инфантерии а потом при авиационном полку. В начале 1918 года, совершенно подорвав на службе своё здоровье, он был комиссован по болезни.

После войны в музыке Равеля стало преобладать эмоциональное начало. Поэтому от сочинения опер он переходит к созданию инструментальных пьес и пишет сюиту «Гробница Куперена». Наступает время расцвета славы Мориса Равеля. Однако популярность и известность гнетут композитора, и он переезжает из Парижа в местечко Монфор-Ламори, что в принципе не означает отказ от дальнейшей музыкальной деятельности.

Равель много гастролировал как пианист и дирижёр, исполняя собственные сочинения в Италии, Голландии и Англии. По заказу Сергея Кусевицкого Равель оркестровал «Картинки с выставки» Модеста Мусоргского – оркестровая редакция «Картинок» со временем стала не менее популярной у публики, чем фортепианный оригинал.

В «Болеро» (одном из самых популярных сочинений Равеля) композитор пытался соединить классические традиции с ритмами испанской музыки. Замысел этого произведения принадлежит знаменитой балерине Иде Рубинштейн. Сорасположенность частей, их строгая последовательность в развитии главной темы позволили передать танцевальную стихию испанской музыки. Знаменитая русская балерина Анна Павлова включила «Болеро» в свой репертуар.

В 1925 году Равель завершил работу над новаторским произведением «Дитя и волшебство», назвав его оперой-балетом.

В 1928 году совершил четырёхмесячное турне в США и Канаде, где как пианист и дирижёр с успехом исполнял собственные сочинения. Этому успеху Равель во многом обязан С. Кусевицкому, с энтузиазмом продвигавшим в США музыку Равеля. Среди других творческих впечатлений особенно значимым стало знакомство с Джорджем Гершвином. В целом, увлечение джазовой и блюзовой музыкой в ходе американской поездки сказалось в музыке Равеля. В 1932 году Равель начал работать над новым произведением – балетом «Жанна д’Арк», однако, попал в автомобильную аварию и прекратил творческую работу.

Начиная с 1933 года Равель страдал от серьёзного неврологического заболевания, ставшего, возможно, последствием черепно-мозговой травмы, которую он получил в автокатастрофе. Последним произведением тяжело больного композитора были «Три песни» к первому звуковому фильму «Дон Кихот». Они были написаны для русского певца Фёдора Шаляпина.

Источник: https://vk.com/tverphilharmonic?w=wall-19414584_11564

Источник: https://vk.com/music_911?w=wall-99339872_57382

Без музыки жизнь была бы ошибкой. (Фридрих Ницше)

Благодаря музыке вы найдете в себе новые неведомые вам прежде силы. Вы увидите жизнь в новых тонах и красках. (Дмитрий Дмитриевич Шостакович)

В музыке всегда бываешь наказан, когда лжешь и пишешь из тщеславия. Музыка может быть только скромной и искренней. (Ромен Роллан)

В музыке есть нечто волшебное, он заставляет нас верить, что возвышенное принадлежит нам. (Иоганн Вольфганг Гёте)

В музыке, как, должно быть, и во всех других искусствах, стоит только стилю, характеру, одним словом, чему-то серьезному, проявиться, как все прочее исчезает. (Фердинанд Делакруа)

В художнике безусловная правда не в банальном, протокольном смысле, а в высшем, открывающем нам какие-то неведомые горизонты, какие-то недосягаемые сферы, куда только музыка способна проникнуть. (Пётр Ильич Чайковский)

Величие искусства яснее всего проявляется в музыке. (Иоганн Вольфганг Гёте)

Вся прелесть музыки — в мелодии. (Йозеф Гайдн)

Где не хватает слов, говорит музыка. (Ганс Христиан Андерсен)

Для меня словосочетание «человек и музыка» звучит как «человек и воздух». Если воздуха не хватает, человек задыхается. (Михаил Аркадьевич Светлов)

Душа — под музыку — странствует. Странствует — изменяется. Вся моя жизнь — под музыку. (Марина Цветаева)

Единственно возможный комментарий к музыкальному сочинению – другое музыкальное сочинение. (Игорь Стравинский)

Если мелодию невозможно запомнить сразу, то она никуда не годится. (Джузеппе Верди)

Если человек не человеколюбив, что он поймет в музыке? (Конфуций)

Есть в музыке огромное преимущество: она может, не упоминая ни о чём, сказать всё. (Илья Эренбург)

Жизнь можно расписать нотами на листе бумаги. (Жан Кокто)

Из всех наук и искусств всех древнее музыка. (Квинтилиан)

Из наслаждений жизни одной любви музыка уступает, но и любовь – мелодия! (Александр Пушкин)

Источник: https://vk.com/music_911?w=wall-99339872_56268